Иосиф Сталин якобы получил более 80 срочных секретных сообщений о намерении Гитлера напасть на СССР, но не поверил им до самого последнего момента.

Вечером 21 июня 1941 года советские пограничники в районе города Сокаль (Львовская область) на Западной Украине задержали немецкого ейрейтора-перебежчика Альфреда Лискова, который переплыл Буг и сдался. Лисков сообщил пограничным караулам, что на рассвете 22 июня немецкая армия нападет на СССР.

Иосиф Сталин был проинформирован и «немедленно согласился привести войска в состояние боевой готовности»,- писал позже в своих мемуарах маршал Советского Союза Георгий Жуков.  «Видимо, он ранее получал такую ​​важную информацию по другим каналам». 

Только вечером 21 июня Красная Армия и ее средства ПВО были окончательно приведены в боевую готовность. К тому времени все ударные силы вермахта уже были готовы перейти границу.

Почему нападение нацистов было неожиданным?

Что еще хуже, некоторые армейские штабы получили приказ только утром, когда немецкое наступление уже началось. «Перед рассветом 22 июня проводная связь с войсками была прервана во всех западных приграничных округах, и штабы округов, и армий не имели возможности оперативно передать свои приказы»,-писал историк Владимир Карпов. «Немецкие диверсионные группы, которые уже находились на нашей территории, уничтожили проводную связь».

Однако командирам частей, запросившим разрешение на открытие огня в случае перехода немецких войск через границу, вместо этого было приказано «не поддаваться на провокации». Это был личный приказ  И.В.Сталина.  Советские войска должны были отступить, и только в 7:15 утра, через три часа после начала немецкой атаки, Советы получили возможность нанести ответный удар. Такая катастрофическая задержка произошла потому, что до самого последнего момента Иосиф Сталин считал нападение «провокацией».

Почему подготовка к атаке была засекречена?

Нацистская Германия начала подготовку нападения на СССР в середине 1940-х годов. Все приготовления велись в строгой секретности, чтобы советская разведка ничего не пронюхала. Немцы бомбили английские города и готовили флот к форсированию пролива Ла-Манш, одновременно перегруппировывая свои силы в Восточной Европе. 6 сентября 1940 года Альфред Йодль, начальник оперативного штаба  германской армии,  разослал приказы по дезинформации советских руководителей, в которых прямо говорилось: «В ближайшие недели концентрация войск на востоке значительно возрастет. От этих наших перегруппировок у России ни в коем случае не должно сложиться впечатление, что мы готовим наступление на восток».

В то же время Гитлер пытался убедить Сталина, что Германия будет следовать пакту Молотова-Риббентропа 1939 года, обеспечившему мир между СССР и Германией. Гитлер и другие высокопоставленные нацистские командиры хотели создать впечатление, что Германия первой нападет на Англию. Гитлер даже отправил письмо Сталину с просьбой о военной поддержке против Британской империи. А советскому министру иностранных дел  Вячеславу Молотову выслали  приглашение в Берлин для переговоров с Гитлером и Иоахимом фон Риббентропом, министром иностранных дел Германии. После переговоров Молотов был полностью уверен, что Англия станет первой целью Германии. Тем временем в декабре 1940 года Гитлер подписал «Директиву № 21 (Операция Барбаросса)» о подготовке к войне против Советского Союза. В нем говорилось: «Германские вооруженные силы должны быть готовы нанести поражение Советской России в ходе краткосрочной кампании еще до окончания войны против Англии».

Высшее немецкое командование, конечно же, было в курсе планов, так как своими действиями добавляло конспирации, пишет историк Владимир Лота. Фельдмаршал Вальтер фон Браухич в декабрьской рождественской речи по радио заявил, что «у вермахта есть только одна задача: победить Англию». Однако, начиная с февраля 1941 г., немецкие войска активно перебрасывались в Восточную Европу. В то же время их правительство продолжало обсуждать возможности экономического сотрудничества с СССР. Однако советская внешняя разведка продолжала предоставлять факты, намекавшие на возможность готовящегося немецкого нападения. Жаль, что Иосиф Сталин им не поверил.

Почему Иосиф Сталин счел это нападение провокацией?

Иосиф Сталин не доверял Уинстону Черчиллю, организовавшему в 1927 году кампанию в британском кабинете за разрыв дипломатических отношений с СССР. Вернувшись к власти, Сталин считал, что Черчилль, вероятно, вынашивает новую идею антисоветского заговора.

Еще в июне 1940 года Уинстон Черчилль направил Сталину личное послание, в котором предупреждал об усилении гегемонии Германии над Европой. Однако Сталин посчитал это попыткой разделить СССР и Германию. Год спустя Черчилль повторил свое предупреждение, теперь уже подкрепленное надежной разведкой, но безрезультатно. Как вспоминал Стаффорд Криппс, посол Великобритании в СССР, «Сталин не хотел иметь ничего общего с Черчиллем, и больше всего он боялся, что Германия узнает о его переписке с Черчиллем».

Предупреждения поступали и из других источников. 17 апреля 1941 года резидент разведки в Праге направил в Москву предупреждение о том, что Германия собирается напасть на Советский Союз во второй половине июня. Его отчет был основан на информации, полученной от высокопоставленного немецкого офицера в Чехословакии, который работал под прикрытием главного инженера на заводах «Шкода». Источник уже заслужил полное доверие, но этого оказалось недостаточно: когда отчет был передан Сталину, он просто вернул его с резким ответом, нацарапанным красным карандашом: “Английская провокация. Разбирайтесь! Сталин”.

Однако Сталин не был наивен и понимал, что война неизбежна. Вопрос был в том, как скоро. СССР требовалось еще некоторое время для завершения военных приготовлений и безусловно, было бы удобнее, если бы Гитлер не нападал по крайней мере до 1942 года. Среди разведсводок, пришедших в 1940 и 1941 годах, многие даты указывались как начало войны, но ничего не произошло. Мобилизация почти четырехмиллионной армии была серьезным решением, и Сталин не мог просто поверить каждому отчету, поэтому решил подождать.

Когда Германия напала на СССР, Сталин, видимо, был потрясен до невозможности. Он провел первые восемь часов войны, тщетно пытаясь предотвратить эскалацию «провокации». Он засыпал министерство иностранных дел Германии радиосообщениями и даже обратился за помощью к Японии, призывая ее выступить посредником в прекращении «кризиса». Тем временем немецкие войска, вторгшиеся на советскую территорию, захватили все железные дороги и мосты на направлениях главного наступления, совершили налет на 46 советских аэродромов, уничтожив на земле около 1000 самолетов Красной Армии, а также начали стремительное продвижение вглубь страны на фронте шириной 930 миль.  Просчет Сталина, как оказалось, не был фатальным, но дорого стоил СССР и его народу.

источник: https://www.rbth.com/