5 декабря 1941 года, сибирские дивизии, подготовленные к зимней войне, атаковали наступающие на Москву немецкие войска. Уже к январю 1942 года вермахт был отброшен на 100–250 км. от Москвы. Это положило конец непосредственной угрозе для столицы СССР.  В связи с этой ситуацией, командиры немецких групп армий «Север» и «Юг» Риттер фон Лееб и Герд фон Рундштедт хотели перейти на прочную линию обороны.

13 ноября 1941 года в оккупированной нацистами Беларуси, в городе Орша, немецкое командование созвало важное совещание. Немецкие генералы спорили, следует ли вермахту возобновить наступление на Москву или перейти к зимней обороне . Командиры немецких групп армий «Север» и «Юг», Риттер фон Лееб и Герд фон Рундштедт,  хотели перейти к прочной линии обороны и опираться на территориальные завоевания, достигнутые против СССР до середины ноября 1941 года.

Немецкие солдаты проходят по улице оккупированной Орши. 1941 г.
Немецкие солдаты проходят по улице оккупированной Орши. 1941 г.

Уже в ночь на 11 ноября температура к западу от Москвы упала до минус 20 градусов по Цельсию. Из-за высокомерия и халатности нацистов войска Вермахта не были снабжены зимней одеждой, а также основными медицинскими и военными принадлежностями. Они были не в состоянии вести зимнюю войну, которая возможно могла бы увенчаться успехом. Некоторые немецкие солдаты прибегали к мародёрству. Они снимали у убитых русских солдат валенки, меховые шапки и длинные шинели. Тем не менее, все больше и больше немцев покидало поле боя из-за обморожений. Тяжелые случаи обморожений, немцы впервые зарегистрировали 7 ноября 1941 года.

Фельджандарм и танк Pz.Kpfw III возле штаба 10-й танковой дивизии вермахта под Москвой. Ноябрь-декабрь 1941 Г. Автор: Гебауэр (Gebauer)
Фельджандарм и танк Pz.Kpfw III возле штаба 10-й танковой дивизии вермахта под Москвой. Ноябрь-декабрь 1941 Г. Автор: Гебауэр (Gebauer)

Конфликт интересов

Командующий группой армий «Центр» Федор фон Бок придерживался иного мнения, чем фон Лееб и фон Рундштедт. Группе армий «Центр» было поручено захватить Москву и довести войну до победного завершения. Движимый личными амбициями и своей надеждой на то, что русские почти выдохлись, фельдмаршал фон Бок, игнорируя суровую погоду и ослабленное состояние своей армии, настаивал на продолжении марша на Москву.

Командующий группой армий «Центр» Федор фон Бок
Командующий группой армий «Центр» Федор фон Бок

Адольф Гитлер поддержал эту позицию. Так же поступил и начальник штаба сухопутных войск Франц Гальдер, который   на встрече в Орше заявил, что «враг хуже, чем мы; он на грани краха».

Гитлер, Гальдер и фон Бок тоже находились под влиянием воспоминаний о Первой мировой войне. Оршанская конференция преследовала  как призрак немецкую память о сентябрьской битве на Марне 1914 года,  которая, без преувеличения, стоила Германской империи победы в Первой мировой войне. Конечно сходства между битвой на Марне и положением немцев на поздних этапах операции «Барбаросса» мало.

Поэтому было решено, что наступление на Москву возобновится, как это было 15 ноября 1941 года. В ужасных условиях немцы продвигались вперед, отбрасывая советские войска к Волжскому водохранилищу, примерно в 75 милях к северу от Москвы. 22 ноября 3-я танковая группа вошла в город Клин в 52 милях от Москвы и быстро овладела им. 24 ноября пал город Солнечногорск, расположенный в 38 милях к северо-западу от столицы СССР.

27 ноября 1941 г. 7-я танковая дивизия заняла плацдарм над каналом Москва-Волга; а также 27 ноября 2-я танковая дивизия СС «Дас Рейх» захватила Истру, находившуюся всего в 31 мили от Москвы. По состоянию на 26 ноября немцы потеряли 743 122 человека. Принимая во внимание болезни и обморожения, число потерь немцев в начале декабря 1941 года превысит 750 000. Это очевидно много, но для сравнения: потери Красной Армии к  концу 1941 года составило  почти 5 миллионов, то есть более 6 раз больше немецких потерь.

 7-я танковая дивизия заняла плацдарм над каналом Москва-Волга, НОЯБРЬ 1941 Г.
7-я танковая дивизия заняла плацдарм над каналом Москва-Волга, на левом берегу, Ноябрь 1941 г.

В конце ноября 1941 года стало ясно, что возможность немецкого захвата Москвы ничтожна. В течение первых двух недель ноября Иосиф Сталин направил на оборону Москвы  21 дивизию из Сибири и Средней Азии. До 5 октября 1941 года  Сталин  решил  создать стратегический резерв из 10 армий, большая часть которых была сохранена для предстоящего контрнаступления.

У немцев почти не было новых дивизий, которые можно было бы бросить в бой.

Ослабленные люфтваффе ранее не смогли ликвидировать Транссибирскую железнодорожную ветку, по которой перебрасывались свежие резервы советских войск. 28 ноября 1941 года 3-я танковая группа закрепилась на канале Москва-Волга, но дальше продвинуться не смогла. Более чем в 100 милях к югу от Москвы 2-я танковая армия не смогла овладеть городом Тула. Это означало, что запланированный немецкий захват Москвы с юго-востока и северо-запада не мог быть осуществлен. В первую неделю декабря 1941 года 4-я танковая группа вытеснила дивизию в пределах 18 миль от Москвы, но была остановлена ​​советским сопротивлением.

Последним броском  Гитлер решил, поскольку Москва не может быть взята путем окружения, что он уничтожит город, затопив его водой. Гитлер составил приказ, который был отправлен 33-летнему оберштурмфюреру СС Отто Скорцени, который стал одним из самых известных – или печально известных – солдат войны. В приказе Гитлера говорилось, что подразделение Скорцени, принадлежащее танковой дивизии «Дас Рейх», должно наступать, чтобы  захватить шлюзы водохранилища на канале Москва-Волга. Затем они откроют шлюзы и «утопят» Москву, превратив ее в гигантское искусственное озеро.

К началу декабря 1941 года  Скорцени и его люди, хотя и могли видеть в бинокли шпили Москвы и Кремля, были по колено в снегу и не могли выполнить приказ Гитлера. Скорцени жаловался, что «несмотря на беспорядок в нашей логистике и несмотря на храбрость русских солдат, мы бы взяли Москву в начале декабря 1941 года, если бы сибирские войска не вмешались. В декабре наша группа армий «Центр» не получила ни одной дивизии в качестве пополнения».

В ночь на 4 декабря температура в Подмосковье упала до минус 31 градуса по Цельсию, а 24 часа спустя столбик термометра опустился еще ниже до минус 36. Немецкие солдаты отчаянно сражались в вечнозеленых лесах, лежащих вокруг Москвы. Однако  дальнейшее их продвижение вперед было невозможно. 

Последняя попытка группы армий «Центр» взять Москву провалилась, и эта неудача поставила ее в крайне опасное положение. Они держали фронт шириной около 600 миль и противостояли врагу, который, хотя и понес беспрецедентные потери, становился всё сильнее и сильнее. Мужество и массовый героизм советских людей, просто шокировал немцев.

Советская контратака  5 декабря 1941 года была идеально рассчитана, чтобы нанести удар по немцам в самый слабый момент. Несмотря на всю протяженность фронта, армия фон Бока имела в резерве одну малочисленную дивизию. Это было избыточным военным резервом, результатом самоуверенности Германии наряду с Гитлером и готовности высшего командования безрассудно играть. Подобно игрокам, которые постоянно удваивали свои ставки, они терпели поражение за поражением. 

Вот и все об успешной восьминедельной кампании, предусмотренной планом Барбаросса.

При температуре ниже минус 30, танки и грузовики становились неподвижными, потому что масло в их отстойниках замерзало, а у немцев было очень мало антифриза. Их лошади умирали от холода. Вермахт  сильно надеялся на этих животных как на транспорт. Даже смазочное масло в оружии начинало замерзать, делая их непригодными для эксплуатации. Из 26 поездов в день, которые, по подсчетам немецкого отдела тылового обеспечения, были необходимы для содержания группы армий «Центр», каждые 24 часа прибывали только 8–10 поездов.

С немецкой точки зрения вторжение можно было рассматривать только как грандиозный провал. Задача состояла в том, чтобы обезопасить 1300-мильную линию от Архангельска, на крайнем северо-западе России, до Каспийского моря, идущую далеко на восток от Москвы и охватывающую почти всю европейскую часть России.

В начале декабря 1941 года в действительности истощенные немецкие дивизии все еще стояли за пределами Москвы и Ленинграда, двух крупнейших городов Советской России. Южнее, немецкие войска были остановлены в 300 милях к западу от Каспийского моря. Не было проникновения и в кавказский регион после полного ухода немцев из Ростова-на-Дону 2 декабря.

Стратегический замысел Барбароссы был неадекватным и дилетантским. Он требовал наступления на чрезвычайно широком фронте, что ослабляло силу атаки и давало Советской Армии время, чтобы оправиться от первых ударов.  Повсюду немецкое командование пыталось одновременно поразить слишком много целей (Ленинград, Крым, Кавказ, Мурманск, Киев, Москва, Донбасс).

Американский военный историк Сэмюэл В. Митчем заметил: «Посылая их мчатся по всей России, Гитлер внес большой вклад в износ своих танков. Когда началась операция «Тайфун», заключительный этап наступления на Москву, танковые части имели менее 50 процентов их штатной численности».

Москва считалась самым важным городом Советской России. Помимо того, что столица была крупнейшим городским районом СССР, она была его коммуникационным, транспортным и административным узлом, что позволило укрепить каждый участок фронта Советской Армии. Москва была жизненно важным промышленным центром, и в ней находился всесильный лидер страны Сталин. Военные и политические последствия распада Москвы были бы огромными.

С самого начала вторжения 22 июня 1941 года, если бы группа армий «Центр» была направлена ​​на Москву одним мощным ударом – и была бы защищена с флангов группами армий «Север» и «Юг», столица вполне могла бы пасть в конце августа 1941 года.

К счастью для мира, такие стратегические мысли были за пределами нацистской иерархии.

Через два месяца вторжения, 21 августа, предыдущие стратегические ошибки можно было исправить, придав первостепенное значение Москве в этот день; но Гитлер допустил ошибки, утвердив план по захвату множества целей. Наступление на Москву было отложено на шесть недель (до 2 октября 1941 г.).

Когда 22 августа по телефону приказ Гитлера от 21 августа был передан фельдмаршалу фон Боку, целью которого был захват Москвы, он был очень расстроен. Фон Бок сказал, что это «прискорбно … Во всех директивах говорится, что взятие Москвы не важно !! … Я хочу разгромить вражескую армию, а основная часть этой армии находится напротив моего фронта!». 24 августа фон Бок  продолжил : «Очевидно, они ни при каких обстоятельствах не хотят использовать возможность решительно разгромить русских до зимы!»

Обратите внимание на неоднократное использование восклицательных знаков фон Боком, обычно холодным и бесстрастным пруссаком. Его взгляды здесь окажутся верными во всех смыслах. Генерал Гальдер дошел до того, что заявил, что директива Гитлера от 21 августа «имела решающее значение для исхода этой кампании»; а в декабре 1941 года фон Бок, увидев, что его предсказание сбылось, снова раскритиковал директиву от 21 августа, назвав ее «ужасной ошибкой».

За неудачей Германии стояли и другие факторы, возможно, второстепенные. Сопротивление, отвага и мужество,  военная мощь и ресурсы СССР были намного больше, чем ожидали нацисты. В целом качество советской военной техники было впечатляющим, в частности среднего танка Т-34 и тяжелого танка КВ. Однако в 1941 году у Советов было всего около 2000 танков Т-34 и КВ. Большинство из которых немцы уничтожили еще до зимы.

Британский историк Эван Модсли  писал : «В 1941 году немцы смогли справиться с превосходящим числом советских танков с помощью некоторых отличных буксируемых противотанковых орудий. 88-мм орудие, которое на самом деле было тяжелым зенитным орудием, давало вермахту огневую мощь, чтобы подбить даже Т-34 и КВ». Следовательно, высокий уровень советской бронетехники, в некоторых случаях превосходящий немецкую, не был решающим фактором в 1941 году, когда разворачивались решающие боевые действия.

Нацисты столкнулись с возросшим сопротивлением, по крайней мере, отчасти из-за жестокости их правления в завоеванных регионах. В Украине, например, вермахт изначально приветствовался значительной частью населения как освободитель. Вскоре потенциальные союзники превратятся в непримиримых врагов, когда будет раскрыто истинное лицо нацистской оккупации, и это определенно не помогло делу Вермахта.

Размер территории Советского Союза, намного превышающей размер Западной Европы, где немцы победили годом ранее, является фактором неудач Барбароссы, который иногда упускается из виду, но он был явно важен. Обширность местности была увеличена из-за немецких стратегических ошибок. Советская дорожная сеть была намного хуже, чем во Франции. Это оказалось помехой для немцев, особенно когда во второй половине октября 1941 года пошли проливные дожди, превратившие землю в реки грязи.

Источник: https://www.globalvillagespace.com/