начало http://inftaran.info/фосетт-искатель-древней-цивилизации/

****

Экспедиции Фосетта. Безусловно, Фосетт не мог не знать, что у него были предшественники. Многие искатели древностей снаряжали экчспедиции. Которые в свое время приложили немало усилий для поисков затерянных городов в дебрях Бразилии. Не мог он и не знать того, что все экспедиции оказались тщетными. Но, судя по всему, это его не испугало.

       Первые португальские переселенцы. Приступившие в начале XVI века к освоению территории Бразилии. Они были прекрасно осведомлены о тех высокоразвитых индейских цивилизациях, с которыми столкнулись их соседи. И давние соперники, испанцы, в Мексике и в Перу. Но больше всего их, конечно, волновали доходившие до них слухи. О тех громадных сокровищах, которые испанцам удалось награбить. У ацтеков, майя, инков и других индейских народов. Естественно, что нечто подобное они рассчитывали найти и в своих владениях.

****

       Однако ничего, кроме так называемых «самбак», характерных для местных индейских культур. Португальцам долго найти не удавалось. «Самбаки» в изобилии разбросаны вдоль атлантического побережья Бразилии. Они функционировали в период времени примерно от 4500 года до нашей эры. И вплоть до 1500 года нашей эры, то есть, до прихода в эти края европейцев. Они представляют собой огромные кучи из раковин моллюсков, костей животных.

В них же сбрасывали вышедшие из употребления орудия из оббитого или полированного камня. А иногда и устраивали захоронения людей. В самых поздних слоях в них также встречается керамика. Которая принадлежит индейцам племени тупи-гуарани. Которые, как выясняется, в те времена занимали большую часть Бразилии. А позднее переселились на территорию современного Парагвая, где их потомки проживают и поныне.

****

       В ответ на все расспросы португальцев. По этому поводу местные индейцы, то ли не понимая толком, чего от них хотят. То ли просто желая угодить могущественным белым пришельцам, которых они поначалу приняли за богов. Охотно рассказывали им о том, что где-то в глубине джунглей расположены многочисленные города. Как впоследствии выяснилось, в целом эти рассказы соответствовали действительности. Однако тогда их никто не смог должным образом интерпретировать. Все попытки обнаружить эти города неизменно заканчивались неудачей. И постепенно их предполагаемое местоположение отодвигалось все дальше и дальше в глубь материка. Где располагались громадные пространства все еще неизведанных земель.

       Первые испанские путешественники во главе с Франциско де Орельяной, обследовавшие бассейн Амазонки. Также сообщали о городах в джунглях, сооруженных из белого камня. В частности, о них писал в своем труде испанский монах де Карвахаль. Лично принимавший участие в этой экспедиции. Однако долгое время этот труд оставался неизвестным широкому кругу исследователей. Так как впервые был опубликован на испанском языке только в 1895 году. Вполне вероятно, что с ним имел возможность ознакомиться Фосетт. Живо интересовавшийся любой информацией по этому поводу.

****

       Обнаружение рукописи 1754 года вдохнуло новую жизнь в поиски затерянных городов в дебрях Бразилии. Только теперь их стали искать не для грабежа таившихся в них сокровищ. А с чисто научной целью. В книге Фосетта можно встретить упоминание о некоем молодом бразильском священнике. Не названном им по имени, который предпринял ряд попыток отыскать один из затерянных городов. Но потерпел неудачу по причине своей неопытности. Речь идет о канонике Конего Бенигно Жозе ди Карвалью э Кунья или просто Бенигно ди Карвалью.

       По своей основной специальности он был преподавателем теологии в семинарии города Баия. До поры до времени вел спокойный, размеренный образ жизни. Судя по всему, был далек от мысли втягиваться во всякого рода сомнительные авантюры. Но, видимо, от природы он был не чужд любознательности. И жила в нем некая изыскательская жилка. Поскольку он был членом-корреспондентом Института истории и географии Бразилии. Ему в один прекрасный день Жануариу да Кунья Барбоза предложил заняться поисками таинственного города.

****

       Для начала каноник специально отправился в Рио – де – Жанейро. Чтобы ознакомиться в архиве с текстом рукописи, который тогда еще не был опубликован. Тщательно изучив документ, ди Карвалью пришел к выводу о его достоверности. По его мнению, он был составлен грубым, малограмотным человеком. Который по памяти записал все, что видел своими глазами. Как мы теперь понимаем, именно это убеждение сыграло с каноником злую шутку. И в дальнейшем послужило основной причиной всех его неудач.

       Все перипетии поисков ди Карвалью подробно изложены им в отдельных выпусках «Revista Trimensal do Institute Historico e Geografico do Brazil», выходивших в свет с 1841 no 1846 год.

       Изыскательская деятельность богослова пришлась на годы правления в Бразилии императора Педро II (1831-1889). Сына и наследника Педро I. Среди современников этот Педро слыл большим либералом, не чуждым просветительских идей. Он удостоил ди Карвалью личной аудиенции, и внимательно его выслушал. Бразилия совсем недавно обрела независимость. И интеллектуальная элита молодой нации была озабочена поиском национальной идентичности для своей родины. Понятно, что открытие на территории страны остатков древней высокоразвитой цивилизации могло бы придать Бразильской империи дополнительную солидность в глазах всего остального мира. Поэтому нет ничего удивительного в том, что император обещал канонику всяческую помощь.

****

       Таким образом, заручившись официальной поддержкой властей, ди Карвалью приступил к поискам. Но с самого начала он столкнулся со значительными трудностями. Дело в том, что внутренние области Бразилии к тому времени были изучены еще крайне слабо. И их точных карт не существовало просто в принципе. Единственными географическими ориентирами для священника послужили упоминавшиеся в тексте рукописи реки Пара-Уасу и Уна.

Для начала он предположил, что река Уна соответствует одноименной реке. Впадает в Атлантический океан у деревушки Валенсия, расположенной немного южнее города Баия. К западу от этой реки лежит горная цепь Сьерра – де – Синкора. Содержащая в себе вкрапления кварца. Которые блестят на солнце, создавая весьма красочное зрелище. Что в некоторой степени соответствует описанию «горящей горы» в тексте рукописи 1754 года. Соответственно, река Пара-Уасу легко отождествлялась с Парагуассу, протекающей в этом же районе. Свое название она получила по имени индейской девушки из племени тупинамбас Катарины Альварес Парагуассу. Вышедшей замуж за португальского мореплавателя Диего Альвареса, потерпевшего кораблекрушение у берегов современного штата Баия в 1516 году.

****

       Поскольку ди Карвалью был крайне ограничен в финансах и не мог проводить широкомасштабных исследований. Он решил начать свои изыскания с расспросов местных жителей. В 1841 году, во время летних каникул он отправился в деревушку Валенсия. Где ему повстречался некий скототорговец. Который на все вопросы священника по рукописи природных ориентиров отвечал утвердительно. Он сообщил, что хорошо знает весь этот район. И сам неоднократно бывал в горах Сьерра – де – Синкора. Правда, лично затерянный город он не посещал, но слышал о его существовании от других. По его же словам, на реке Парагуассу. В нескольких днях пути ниже по течению от этой горной цепи, действительно имеется порог. С восточной стороны которого хорошо видны вырытые в земле глубокие шахты.

       Казалось бы, все ясно. Оставалось только снарядить экспедицию и добраться до желанной цели. Сведения, собранные ди Карвалью, произвели сильное впечатление на руководство Института истории и географии. Что оно само обратилось к властям с просьбой о выделении исследователю-энтузиасту дополнительных средств. Не смотря на все данные ему ранее заверения самого императора, никаких денег он не получил.

****

       Но это не смутило ди Карвалью. Окрыленный верой в успех, 23 декабря 1841 года он в одиночку выступил в путь. Закупив все необходимое снаряжение на свои собственные средства. Примерно через месяц священник добрался до фазенды, стоявшей у самого подножия Сьерра – ди – Синкора. Ее хозяином оказался некий Алехандре Жозе Перейра. Который поведал энтузиасту о том, что он живет в этой местности вот уже двадцать лет. И лучше его здешние места никто не знает. Поэтому с полной уверенностью он может утверждать. Никаких развалин древнего города в ближайших и дальних окрестностях нет. Но, очевидно, заметив смятение ди Карвалью, Перейра решил окончательно не расстраивать несчастного каноника. И тут же поспешил его успокоить. Добавив, что когда-то слышал о существовании подобных развалин к северу от его фазенды. Позади скал Оробосинхо, которые лежат между реками Тинга и Андарахи.

       Стараясь выйти из неловкого положения. Добрый хозяин фазенды сразу же начал отговаривать священника от поездки туда. Запугивая его всевозможными опасностями. Так, например, он поведал о том, что в тех местах он сам никогда не бывал. Так как там, якобы, живут беглые негры-рабы. Которые расправляются с каждым белым, появляющимся вблизи их владений. Надо сказать, что подобные истории тогда выглядели вполне правдоподобно.

****

Если свобода индейских племен была закреплена в королевских указах еще с XVII века. И при случае они вполне могли рассчитывать на заступничество христианских миссионеров. Прежде всего иезуитов, то негритянские рабы были совершенно бесправными. И им неоткуда и не от кого было ждать защиты. Рабство в Бразилии официально было отменено только в 1888 году. Причем этот акт отнюдь не был связан с деятельностью какого-нибудь местного либерала и реформатора. Такого, например, как Александр II Освободитель в России или Авраам Линкольн в Соединенных Штатах. Просто рабство перестало быть экономически рентабельным. До определенного момента основная масса рабов была занята на плантациях сахарного тростника. Когда же вследствие сильной конкуренции цены на сахар на мировых рынках сильно упали. Страна переориентировалась на экспорт кофе. Уход за кофейными плантациями не требовал массового применения рабского труда. Именно поэтому рабов и было решено освободить.

       Вплоть до этого момента, по сути дела единственным способом хоть как-то изменить свою жизнь в лучшую сторону для рабов оставалось только бегство от хозяев в непроходимые джунгли. Постепенно там начали возникать целые поселения беглых рабов. Именуемые киломбо, некоторые из которых просуществовали вплоть до конца XIX века. Они объединялись в своеобразные государства во главе с собственными королями и аристократией.

****

       Самое известное из таких «государств», так называемая «республика Палмарис». Просуществовало в пальмовых лесах капитанства Пернамбуку. В северо-восточной части страны, более ста лет, вплоть до 1695 года. Его население составляло примерно 25–30 тысяч человек. Столица располагалась в труднодоступной местности. И была основательно укреплена несколькими рядами частокола и замаскированными глубокими рвами, шириной до пушечного выстрела.

       За все годы существования этого «государства» против него было направлено более сорока карательных экспедиций. Натиск которых негры сумели выдержать. Негры и сами направляли отряды к близлежащим городам и плантациям с целью их грабежа. Попутно они освобождали и других рабов.

       В конечном итоге судьбу «республики Палмарис» решила артиллерия. Войскам с большим трудом удалось протащить пушки через джунгли. Местный правитель Зумби был убит. Но имя его не было забыто, и ныне он превратился в одного из героев бразильского фольклора. Нечто вроде местного Робин Гуда. Уцелевшие после разгрома негры ушли еще дальше в джунгли, и вскоре все началось по-новому.

****

       Однако вернемся к нашему повествованию о злоключениях Бенигно ди Карвалью. Несмотря на все усилия, Перейра не смог отговорить его от затеи посетить этот район. Судя по всему, надежды вспыхнули в самодеятельном исследователе с новой силой. И он решил любой ценой достичь заветной цели. Однако, понимая всю опасность подобной затеи, каноник послал просьбу в город Баия. Просьбу о выделении ему денег и вооруженной охраны.

Ему и в том и в другом было отказано. Он, после некоторых колебаний, все-таки решил продолжить изыскания на свой страх и риск. Надо сказать, что подобный шаг требовал от него большого мужества. Свежи были воспоминания о произошедшем в 1834 году в штате Баия мощном восстании негров-рабов. Которое сопровождалось страшными зверствами. Восставшие без разбора убивали подряд всех белых, причем самыми жестокими способами.

      Чувство страха не смогло сломить решимости ди Карвалью. На его дальнейших планах поставил крест приступ малярии. От которого он чуть не умер. Болел священник тяжело и долго. Целых пять месяцев вынужденно провел у приютившего его хозяина фазенды. Едва поправившись, он собрался продолжить свой путь, однако неотложные дела потребовали его возвращения в Баия. Путешественник оставил у Перейры двух своих негров-рабов, которым поручил продолжать поиски города в свое отсутствие.

****

И вот в скором времени. Он получает от хозяина фазенды письмо. В котором содержались вроде бы вполне обнадеживающие, на первый взгляд, известия. Посланные на разведку негры через пятнадцать дней пешего пути добрались до местности Тимбо. Расположенной поблизости от реки Рио-Гранде. Там они повстречали охотников. Которые в ответ на их расспросы на предмет наличия в этом районе памятников старины поведали. Что в северной части гор Сьерра – де – Синкора действительно имеется мощеная дорога. Ведущая к каким-то древним развалинам. Но там, как ранее уже говорил Алехандре Перейра, живут беглые негры. Которые отобрали у охотников всю их поклажу и даже часть одежды. Как видим, добрый хозяин фазенды не оставлял своих попыток тактично отговорить ди Карвалью от участия в безнадежной затее. Вместе с тем, не лишая его последней надежды на успех.

       Но тот явно не внял доброму слову. И в феврале 1844 года предпринял еще одну попытку достичь своей своей цели. Опять отправившись в путь из Баия каноник уже по дороге получил известие. В городке Оробо у одного человека живет негр по имени Франциско. Который ранее, якобы, был подданным черного короля, живущего в окрестностях древнего города. Но затем сбежал от него, опасаясь наказания за какую-то провинность. Каноник обратился к хозяину этого раба. С просьбой отпустить его с ним в качестве проводника, но тот ему отказал. В это время ди Карвалью подкосил очередной приступ малярии. И он снова оказался прикованным к постели, на этот раз в течение четырех месяцев.

****

       Тем не менее, исследователя все еще не оставляла мысль добраться до древнего города. Но дело осложнялось тем, что ему так и не удалось найти надежных спутников. Готовых разделить с ним все тяготы пути. Как раз тогда в окрестностях городка Оробо нашли алмазы. И все местное население заболело так называемой «алмазной лихорадкой». Всех вдруг охватила мечта разбогатеть. А о древних развалинах, о которых ничего не было известно, никто даже слышать не хотел.

       Оставшись в одиночестве, ди Карвалью решил не рисковать. Он из Оробо повернул в обратный путь, поверив рассказам о жестокости и коварстве беглых рабов. Вернувшись в Баию, он в последний раз обратился с просьбой к бразильскому правительству. Он просил о выделении ему финансовой помощи и вооруженной охраны. Но в очередной раз не получил ничего, кроме туманных обещаний.

       В конечном итоге неудачи, отсутствие средств. И подорванное здоровье заставили Бенигно ди Карвалью отказаться от планов дальнейших поисков. Фосетт давал весьма скептическую оценку результатам его изысканий, но вряд ли ее следует признать справедливой. Действительно, исследования велись дилетантски. Но в меру своих сил ди Карвалью сделал все, что мог. Проявив при этом незаурядные мужество и упорство. После его неудачи интерес к поискам древних городов в Бразилии надолго угас.

****

       В настоящее время для того, чтобы добраться до подножия Сьерра – де – Синкора, нет необходимости предпринимать утомительное и чреватое различными опасностями пешее путешествие. Как это приходилось некогда делать ди Карвалью. Теперь туда можно с комфортом доехать по железной дороге. Этот район давно хорошо освоен и густо заселен. Во второй половине XIX – начале XX века он неоднократно переживал приступы «алмазной лихорадки». Там побывало великое множество людей. Они перекопали и просеяли через мелкое сито горы земли.

Но только не нашли ничего похожего на развалины города. Описание которого имеется в рукописи 1754 года. И не обнаружили там вообще никаких древностей. Единственным сокровищем, которое там на самом деле имеется, являются местные уникальные сорта орхидей. Которые Бразилия ныне экспортирует во многие страны мира.

       Новые попытки поисков затерянных городов Бразилии были связаны уже с именами европейских исследователей. В основном немцев и англичан. И это весьма показательно. Сами бразильцы давно убедились, что никаких городов в дебрях их страны нет. А вот сидя за океаном. В тиши кабинетов или библиотек. Можно было еще тешить себя надеждами. Найти нечто такое, что потрясет воображение всего человечества.

****

       В самом начале XX века несколько попыток предприняли немецкие исследователи, которых помимо рукописи 1754 года могло вдохновить и сообщение их соотечественника Рохуса Хандертпфунда. В 1901 году в район верховьев Шингу отправилась экспедиция Макса Шмидта (1874-1950), а в 1908 году – экспедиция Фрица Краузе (1881-1963). Конечно, утверждать, что их интересовали только неведомые древние развалины, было бы неверно. Путешественники проводили комплексные исследования жизни местных индейских племен, природу и географию этого района. О том, какой общественный интерес вызывали подобные изыскания, свидетельствует хотя бы тот факт, что в финансировании экспедиций принимали участие даже такие, казалось бы, далекие от романтики люди, как германские оружейные магнаты Круппы.

       Немецкие экспедиции собрали богатый материал. Который не утратил своего научного значения вплоть до настоящего времени. Однако никаких следов высокоразвитой цивилизации в верховьях Шингу так и не нашли.

       Примерно в начале 1900-х годов. Британский генеральный консул в Рио – де – Жанейро был Роджер Дэвид Кейсмент (1864-1916). Он объявил, что ему удалось посетить один из мертвых бразильских городов. Который, якобы, был расположен где-то восточнее реки Сан-Франсиску. То есть, получается, что на территории штата Баия, практически в самой густонаселенной части страны. Никаких доказательств, подтверждающих подобное открытие, он не предоставил, об этом сообщении вскоре позабыли.

****

       Не ясно, что Кейсмент видел на самом деле. Однако подозревать его в сознательной лжи вряд ли стоит. Поскольку, судя по всему, человеком он был весьма честным и глубоко порядочным. Когда до него дошли слухи о жестоком обращении с индейцами в районе реки Путумайо. Он лично возглавил расследование. И сумел пресечь произвол представителей каучуковой компании. Дело в том, что, испытывая в этих диких и необжитых местах постоянный дефицит рабочей силы. Владельцы каучуковых компаний просто обращали в рабство целые индейские племена.

А чтобы держать их в повиновении. Практиковали по отношению к индейцам самые изощренные пытки и издевательства. Спасаясь от такого обращения, многие индейские племена уходили все дальше в труднодоступные места. Некоторые из них до сих пор относятся к числу так называемых «неконтактных». То есть, избегающих любых контактов с современной цивилизацией.

       Еще более широкую известность имя Кейсмента получило в годы Первой мировой войны. Дело в том, что он установил связи с борцами за независимость Ирландии. И даже отправился в Германию. Для того, чтобы просить о поставках оружия участникам готовившегося восстания против англичан.

Вернувшись обратно на германской подводной лодке, Кейсмент был арестован властями. Ему предъявили обвинение в шпионаже и измене родине. Приговорили к смертной казни, а затем повесили в печально знаменитой Пентонвилльской тюрьме в Лондоне. О нравах, царивших в этом заведении, можно прочитать в одном из рассказов «короля ужасов» Альфреда Хичкока. Который так и называется – «Пентонвилльская тюрьма».

****

       В 1913 году другой британский консул в Рио – де – Жанейро. Полковник Дэниэл Роберт О’Салливан Бэр (1865-1921). Сообщил Фосетту, с которым был хорошо знаком, о том, что посетил древний город. Расположенный на расстоянии всего двенадцати дней пешего пути от города Баия. То есть, опять таки в одной из самых обжитых частей страны. Туда его проводил некий кабоклу. Так в Бразилии называют метисов с примесью европейской и индейской крови. Причем в этом городе, по утверждению О’Салливан Бэра.

Точно так же, как и в городе, описанном в рукописи 1754 года. Находилась колонна со стоящей на ней статуей человека, указующего рукой на север. О’Салливан Бэр даже отметил на карте, переданной Фосетту, местонахождение этого города вблизи истоков реки Рио-Верди. Полковник сразу же решил, что, наконец-то, найден город, упоминавшийся в известной нам рукописи. Отправиться туда немедленно ему помешала Первая мировая война. Произвести необходимые изыскания в этой части Бразилии Фосетт смог только в 1921 году.

****

       Наконец, нельзя не упомянуть и о так называемой второй русской экспедиции в Бразилию, состоявшейся в 1914 – 1915 годах (первой считается экспедиция под руководством академика Г.И. Лангсдорфа (1774-1852), проходившая в 1821 – 1828 годах). В ее состав входили три студента Петербургского университета — этнограф Г.Г. Манизер (1889-1917), филолог Ф.А. Фиельструп (1889-1933), естествоиспытатель Н.П. Танасийчук (1890-1960), медик С.В. Гейман (1887 – ?) и лаборант Петроградской биологической лаборатории И.Д. Стрельников (1887 – ?). Правда, у нас нет прямых свидетельств того, что участники экспедиции непосредственно интересовались тайнами затерянных бразильских городов, но они могли что-то о них слышать, так как посещали те же самые места, что и несколько позднее Фосетт. Г.Г. Манизер и Ф.А. Фиельструп изучали индейцев штата Мато-Гроссо, в том числе и таинственных шавантов, которые были настолько свирепы, что даже река, на берегах которой они жили, была названа Рио – дас – Мортес (река Смерти).

Позднее Манизер посетил еще и индейцев племени ботокудов, живших в штате Эспириту-Санту, расположенном на атлантическом побережье Бразилии. Спустя всего несколько лет они поведали Фосетту множество захватывающих легенд о древних городах. Может быть, совсем не случайным выглядит и то обстоятельство, что входившие в состав экспедиции зоологи сосредоточили свои усилия на районе города Корумба и прилегающих к нему пограничных областях Бразилии и Боливии. Как известно, именно там Артур Конан Дойл разместил свой «затерянный мир», о котором они наверняка могли знать из одноименного произведения, которое впервые было опубликовано на русском языке в журнале «Мир приключений» в начале 1912 году, то есть, как раз незадолго до отправления в путь их экспедиции.

****

       Как видим, все попытки отыскать остатки высокоразвитой цивилизации в Бразилии до Фосетта заканчивались безрезультатно. Безусловно, он прекрасно об этом знал. Но справедливости ради надо отметить, что ведь были и сообщения, в которых утверждалось, что несколько древних городов все-таки существуют. Перепроверить достоверность этой информации в то время было крайне сложно в силу труднодоступности тех мест, где они, якобы, располагались. Значит, все еще оставалась надежда их найти, а для увлеченного человека, наверное, большего и не требуется…

ПЕРВАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ ФОСЕТТА В БРАЗИЛИЮ

       Итак, накануне экспедиции в Бразилию у Фосетта вроде бы наметились два вполне конкретных района поисков – верховья реки Шингу и примыкавшая к ним горная цепь Сьерра – ду – Ронкадор в штате Мато-Гроссо, а также затерянный город, описанный в рукописи 1754 года, который должен был располагаться где-то на территории провинции Баия. Поскольку расстояние между ними было достаточно велико, а имевшиеся в его распоряжении описания сильно различались между собой, это навело исследователя на мысль о том, что в Бразилии могло быть несколько центров древней цивилизации.

       Однако вопрос с финансированием будущей экспедиции по-прежнему оставался нерешенным. Фосетт, несомненно, понимал, что ему необходимо продемонстрировать потенциальным спонсорам хотя бы одно материальное свидетельство того, что он находится на правильном пути. И вот по странной случайности как раз в это время он получает от своего близкого друга, английского писателя Генри Райдера Хаггарда (1856-1925), еще одного члена тайного общества «Золотой рассвет», именно такое свидетельство.

       Напомним, что Хаггард известен широкому кругу читателей как автор таких захватывающих произведений, как «Копи царя Соломона», «Дочь Монтесумы», «Клеопатра» и многих других. Общение с этим человеком оказало особое влияние на нашего героя. Сам Хаггард был увлечен идеями поиска таинственных племен, веками скрывавшихся от остального мира. Романтикой поиска неведомых земель и народов пронизана его книга «Копи царя Соломона», которая впервые увидела свет в 1885 году.

****

Хотя у нас и нет никаких документальных подтверждений того, что молодой Фосетт читал эту книгу, но, учитывая ее необычайно широкую популярность в то время, такое допущение кажется нам более чем вероятным. Не исключено также, что именно это сочинение могло пробудить у Фосетта страсть к поискам подобного рода, а личное общение с писателем в дальнейшем могло только усилить и направить это увлечение в конкретное русло. Так что вполне закономерно, что именно Хаггард сделал в 1920 году Фосетту подарок, который окончательно убедил его в том, что он находится на верном пути.

       Дело в том, что из своего путешествия по Бразилии Хаггард привез небольшую базальтовую статуэтку высотой всего двадцать четыре сантиметра, уверив Фосетта в том, что она была найдена в одном из древних городов этой страны, расположенных в верховьях реки Шингу. Можно себе представить, как воодушевился после такого подарка Фосетт.

       Эта статуэтка представляет собой изображение человека с восточными чертами лица, который держит на груди пластину с неизвестными письменами. Такие же письмена имеются и на ленте, обвитой вокруг его лодыжек.

****

       Однако на самом деле все оказалось далеко не так просто, как это могло показаться на первый взгляд. Дело в том, что подлинное происхождение статуэтки покрыто мраком тайны. Позднее, когда первая экспедиция Фосетта в Бразилию закончилась безрезультатно, Хаггарт честно ему признался, что, по сути дела, он сам ничего не знал относительно ее истинного происхождения. Оказывается, он ее просто приобрел в лавке у торговца древностями в Рио – де – Жанейро, и только с его слов знал о том, что она, якобы, была найдена в одном из древних городов. Простой трюк, но в данном случае он вполне удался. Конечно, вряд ли Хаггард сознательно хотел ввести Фосетта в заблуждение. Скорее всего, он действовал из самых лучших побуждений, например, хотел сделать приятное другу или же укрепить его моральный дух в трудную минуту. Надо признать, что он этой цели, в общем-то, достиг.

Статуэтка из черного базальта, найдена во время Экспедиции Фосетта
Статуэтка из черного базальта, найдена во время Экспедиции Фосетта

       Обращает на себя внимание, что надписи на статуэтке не имеют близких аналогий ни в одной из известных письменностей мира. Трудно также не заметить, что составляющие их знаки, точно так же, как и в «надписях» из рукописи 1754 года, представлены только в единичном экземпляре и не чередуются друг с другом. Как уже говорилось, это характерно для разного рода подделок, к числу которых, без сомнения, относится и сама статуэтка.

****

Специалисты из Британского музея, которым Фосетт ее показывал, однозначно ему об этом заявили. Но он к их мнению прислушаться не захотел, поскольку его такой вариант явно не устраивал. Следует добавить, что статуэтки людей, держащих в руках дощечки с письменами или с такими же письменами на лентах, опоясывающих их тела, известны в искусстве древних майя, проживавших на полуострове Юкатан (Мексика) и на территории современной Гватемалы. Возможно, что предполагаемые изготовители подделки взяли в качестве образца одну из таких статуэток.

       Надо сказать, что Фосетт не успокоился, и показал статуэтку психометристу (специалист по общению с душами умерших людей – прим. Авт.). Тот поведал ему целую историю, согласно которой следы статуэтки следует искать на большом, неправильной формы континенте, некогда существовавшем между Северной Африкой и Южной Америкой. Он также рассказал о том, что на африканской стороне этого континента население было довольно немногочисленным, но там существовали города и деревни, что говорит о довольно высокой степени развития цивилизации.

****

Население западной части этого континента было еще более развито в культурном отношении. Помимо всего прочего, там находились храмы с многочисленными жрецами, причем на первосвященнике или вожде была надета точно такая же нагрудная пластина, как на статуэтке. Изваяния, подобные этой статуэтке, стояли и в разных частях храма, над алтарем которого помещалось изображение большого глаза, перед которым жрецы произносили различные заклинания. По словам психометриста, жители континента были увлечены черной магией, за что их и покарали небесные силы. В конце концов, континент погиб в результате землетрясений, извержений вулканов и наводнений, то есть, примерно таким же образом, как это описано и у Платона. Жрец, получивший на хранение статуэтку, сначала спрятал ее в горах, а затем устремился с ней на восток. Так она в конечном итоге и оказалась на территории современной Бразилии.

       Нетрудно заметить, что этот анонимный психометрист, по сути дела, не поведал Фосетту ничего такого, чего он и сам не смог бы узнать из произведений Платона «Тимей» и «Критий», а приведенные им красочные описания можно найти в трудах многих атлантологов. Однако этот незамысловатый рассказ вызвал полное доверие у Фосетта. Полковник даже брал с собой статуэтку в качестве талисмана в свою первую и вторую экспедиции по Бразилии. Возможно, с помощью современных методов исследования о ней удалось бы получить больше достоверной информации, однако она навсегда исчезла вместе со своим владельцем в бескрайних бразильских джунглях.

****

       Фосетт демонстрировал эту статуэтку предполагаемым спонсорам, желая доказать, что он находится на верном пути. Однако подобный прием ему не помог, никто так и не согласился выделить ему необходимые средства, хотя на словах многие проявляли известный интерес к его изысканиям. Однако откладывать до бесконечности свой отъезд в Бразилию он также не мог.

       Дело в том, что к интересовавшим его районам проявляли интерес и другие исследователи. Так, например, примерно в это же время верховья Шингу исследовал британский полковник Ричард Бернетт, который даже прожил два года среди индейцев, чтобы собрать о них как можно больше сведений.

       Правда, Райса в первую очередь интересовали не верховья Шингу, а горный массив Сьерра – де – Парима. Он расположен в юго-западной части Гвианского плоскогорья, и с него берет свое начало Ориноко. Именно там он рассчитывал найти Эльдорадо, не исключено, что не без влияния романов Жюля Верна, в которых Сьерра – де – Парима упоминается неоднократно, а место действия романа «Великолепное Ориноко» напрямую с ними связано. Сам же Жюль Верн явно опирался на труд английского путешественника Уолтера Рэйли, который в 1595 году именно в этом районе предпринял поиски Эльдорадо.

****

       Кроме этих двоих были еще и другие, менее известные, но не менее упорные исследователи. Все они ревниво следили за успехами друг друга, стараясь не выпустить пальму первенства из своих рук. Скорее всего, что именно на этой почве у Фосетта развилась тяга к конспирации, которая впоследствии сыграет с ним злую шутку.

       Итак, отчаявшись найти поддержку у богатых меценатов, исследователь, чтобы найти средства на свою экспедицию, решил продать половину своей военной пенсии. Оказывается, в Британии в те времена существовал такой способ в случае крайней необходимости быстро получить довольно значительную сумму денег. Кроме того, у него все еще не угасала надежда, что некоторую финансовую помощь ему все же окажет правительство Бразилии.

       Не будем описывать весь путь Фосетта в Бразилию, отметим лишь, что уже в середине февраля 1920 года полковник оказался в Рио – де – Жанейро, тогдашней столице этой страны.

       Город раскинулся на живописных берегах бухты Гуанабара, окруженной со всех сторон холмами и горами, среди которых особо выделяется вершина Сахарной Головы, безмолвно приветствующая все корабли, заходящие в бухту.

****

       Остановившись в одной из лучших в городе гостиниц «Интернасиональ», расположенной на улице Сильвестра, Фосетт, без сомнения, отправился знакомиться с местными достопримечательностями. Наибольшей известностью среди них пользуются церковь, сооруженная еще в XVII веке, остатки королевского форта этого же времени, прикрывавшего некогда подходы к городу со стороны моря, старинный акведук Санта Тереза, по которому в город раньше подавалась питьевая вода с вершины Корковадо, чей острый пик возвышается над городом.

       Вряд ли стоит сомневаться, что полковник нашел время прогуляться по центральным улицам города, например, по авенида Рио Бранко, застроенной

высотными зданиями, на нижних этажах которых располагались бесчисленные магазины, лавки, кафе, ресторанчики. По вечерам вся улица оказывалась заполненной толпами нарядно одетых людей, не спеша фланировавших из одного ее конца в другой по тротуарам. По проезжей части почти впритык друг к другу двигались бесконечные вереницы автомобилей. Создавалось впечатление, что в этом плане даже Лондон пока еще уступал бразильской столице.

****

       На этой же улице располагались здания Национальной библиотеки, Государственный театр, по виду весьма напоминающий здание Гранд-Опера в Париже, а также Музей изящных искусств, стены которого были сложены из чередующихся между собой мозаичных панно светлых и темных оттенков.

       Авенида Рио Бранко плавно переходит в знаменитую авениду Бейра Мар, протянувшуюся вдоль бухты Ботафого на несколько километров. По вечерам вся авенида сияла яркими электрическими огнями, что придавало ей необыкновенно красочный и праздничный вид. С двух сторон ее окаймляли высокие стройные пальмы и прочие тропические деревья, между которыми были разбиты пышные цветники, благоухавшие в ночи ароматами неизвестных тропических цветов. Общее впечатление вечного праздника дополняли веселые голоса, шутки и смех, раздававшиеся со всех сторон.

****

       Вряд ли Фосетт стал отказывать себе в возможности познакомиться поближе с бразильской кухней. Почти на каждом углу можно было отведать поджаренного на открытом огне мяса, сдобренного разного рода приправами и густо политого острым соусом. Местные жители называют это блюдо «шураско». Подобным же образом на открытом огне здесь жарили рыбу и даже моллюсков. Конечно же, Фосетт не мог отказать себе в удовольствии попробовать местного кофе или же искупаться в водах Атлантического океана, покачавшись на волнах необыкновенно высокого прибоя.

       В целом город произвел на полковника весьма благоприятное впечатление своими чистыми и широкими улицами, большим количеством добротных, со вкусом построенных домов и обилием парков. Путеводители, уверявшие в том, что город отличается исключительной красотой, способной вдохновить любого поэта на создание самых романтических строк, в целом оказались правы. Фосетт даже начал мечтать о том, чтобы после успешного завершения своих изысканий перевезти сюда семью, и провести здесь остаток дней.

****

       Но пока надо было заниматься подготовкой к предстоящей экспедиции. Фосетту удалось добиться встречи с тогдашним президентом Бразилии Эпитасио Пессоа (1919-1922). В ней также принял участие известный исследователь, немало сделавший для изучения внутренних областей Бразилии, генерал Кандидо Рондон. По совместительству он также занимал пост руководителя созданной им самим Службы защиты индейцев. По своему происхождению Рондон сам наполовину был индейцем из племени бороро, и получил широкую известность своими призывами к гуманному отношению к индейцам. Все конфликты с ними он требовал улаживать только мирным путем, и призывал не открывать по ним огонь даже в целях самообороны.

       Встреча состоялась 26 февраля 1920 года в президентском дворце, и ее подробности в основном известны из воспоминаний генерала Рондона. По его словам, Фосетт начал рассказывать присутствующим, какое исключительное значение имело бы открытие остатков древней цивилизации на территории Бразилии для престижа этой страны.

****

Рондон подозревал, что истинной целью Фосетта является поиск легендарных рудников Мартириус, поэтому всячески стал отговаривать президента от оказания всяческой помощи британскому исследователю. Оказавшись в неловком положении, президент Пессоа заметил, что ранее дал определенные обязательства британскому послу помочь Фосетту в этом деле. Тогда Рондон заметил, что в таком случае в состав намечавшейся экспедиции необходимо включить представителей бразильских властей.

       Но Фосетта подобный вариант не мог устроить ни при каких обстоятельствах. Надо сказать, что с ним мало кто мог ужиться во время долгих и изнурительных странствий по джунглям. Привыкший за годы армейской службы командовать людьми, и преданный без остатка тому делу, которому он служил, он требовал от всех остальных не только безоговорочного подчинения себе, но и полной отдачи всех сил для выполнения поставленной задачи. Никакие отговорки, включая болезни, ранения или истощения от голода не считались для него уважительными причинами. Никакого сочувствия к слабым и упавшим духом он не испытывал. Поэтому никакого внешнего контроля над собой он терпеть, конечно же, не стал бы. Подобное начинание неизбежно закончилось бы скорым крахом.

****

       Президент поначалу поддержал предложение своего соотечественника, однако затем все-таки прислушался к доводам Фосетта и согласился выделить для его экспедиции необходимые средства. Надо сказать, что ходу своей книги Фосетт несколько раз довольно тепло отзывается о президенте Пессоа, что, в целом, для него было не характерно. Видимо, они сумели произвести друг на друга благоприятное впечатление.  

       Получив, наконец, желанную финансовую помощь, Фосетт решил перед отъездом лично ознакомился с оригиналом уже и так хорошо известной ему рукописи № 512. С этой целью он направился в великолепное четырехэтажное здание Национальной библиотеки, расположенное на авенида Рио Бранко. Оно было сооружено в начале ХХ века из гранита и мрамора, а его передний фасад украшали два ряда колонн коринфского ордера, которые придавали зданию некоторое сходство с античным храмом. Оно по праву считалось одним из красивейших в городе.

       С севера проникновению в верховья Шингу препятствует труднопроходимый каскад порогов и водопадов фон Мартиуса, названных так в честь известного немецкого естествоиспытателя и путешественника Карла Фридриха фон Мартауса (1794-1863), посетившего устье Шингу в 1819 году. Такое название они получили от участников немецкой экспедиции под руководством будущего профессора этнографии Берлинского университета Карла фон Штейна (1855-1929), которые в 1884 году первыми из европейцев смогли преодолеть эту преграду.

****

       С восточной стороны проникновению туда препятствует горная цепь Сьерра – ду – Ронкадор и протекающая перед ней уже неоднократно упоминавшаяся нами Рио – дас – Мортес (река Смерти), на берегах которой обитали кровожадные шаванты. Они держали оборону вплоть до начала 40-х годов XX века.

       Первоначально перед ней стояли сугубо практические задачи. Как известно, в 1942 году англо-американские союзники открыли боевые действия. Против итало-германских войск в Северной Африке. Часть снаряжения для них доставлялась морем. А часть, в виду активного противодействия германских подводных лодок. Решено было переправлять через Атлантический океан по воздуху. Сначала грузы на американских транспортных самолетах перегонялись в порты. На западном побережье Бразилии. А уже оттуда по морю и по воздуху доставлялись на африканский континент в район Дакара (Сенегал).

       Для налаживания с индейцами дружеских отношений члены экспедиции начали оставлять возле прокладываемой ими дороги подарки в виде ножей, бус, зеркал, которые поначалу месяцами никто не трогал, но потом они стали исчезать. Более того, индейцы также в ответ стали оставлять свои дары, главным образом наконечники стрел, что должно было служить доказательством наличия у них мирных намерений.

****

       Правда, совсем без кровопролития встреча представителей двух цивилизаций все же не обошлась. После короткой стычки, закончившейся, не считая нескольких раненых, без особых потерь с обеих сторон, казавшиеся ранее свирепыми и неустрашимыми дикари вынуждены были отступить, после чего стороны заключили договор о «вечном мире». В результате этого экспедиция смогла беспрепятственно пройти к загадочной горной цепи Сьерра – ду – Ронкадор, вокруг которой к тому времени уже успело сложиться множество легенд. Рио – дас – Мортес перестала быть границей между варварским и цивилизованным миром. В настоящее время через эту реку и вовсе можно без всякого труда и риска для жизни переправиться на рейсовом пароме.

       К сожалению, контакты с современной цивилизацией оказали на шавантов весьма пагубное воздействие. Племя постепенно деградировало, численность его сильно сократилась, а от былой воинственности не осталось и следа. Его остатки в настоящее время проживают в городке Шавантина, названном так в их честь, а также в его ближайших окрестностях.

****

       Надо сказать, что судьба племени шавантов весьма типична для судеб многих других индейских племен этой страны. Когда португальцы во главе с Педру Алваресом Кабралом в 1500 году впервые вступили на землю Бразилии, численность индейцев составляла по приблизительным оценкам от двух до пяти миллионов человек, сейчас же их осталось всего около двухсот тысяч. Причем большинство из них живет в труднодоступных джунглях, и избегает всяческих контактов с современной цивилизацией.

       С запада границей заинтересовавшей Фосетта территории служит река Сан-Мануэль, которая также долгое время была далеко не безопасна для путешественников. Один из ее основных истоков называется Телис-Пирис – в честь капитана бразильской армии, погибшего там вместе со всей своей экспедицией в 1889 году.   С юга эти земли ограничены горными цепями Сьерра – Бакаири и Сьерра – Азул.

       Следует добавить, что индейские племена верховьев Шингу не избежали общей для индейцев Бразилии печальной судьбы. Некоторые из них вымерла совсем. А численность остальных сильно сократилась. И чтобы спасти их от окончательной гибели, правительство Бразилии по инициативе братьев Виллас Боас в 1961 году объявило территорию их проживания зоной «Национального парка Шингу», доступ в который посторонним лицам без специального разрешения был строжайше запрещен.

****

На первых порах казалось, что даже такая мера не возымела должного эффекта. Численность индейских племен продолжала стремительно сокращаться. Ситуация начала несколько улучшаться только на рубеже 1960 – 1970-х годов. Так, например, если в 1968 году численность племени калапало составляла всего 110 человек, то к 1982 году она возросла до 185 человек, а в 1999 году насчитывала уже 362 человека. Правда, следует учитывать, что в их деревни власти переселяли представителей других местных племен, которым грозило полное вымирание, поэтому теперь многие племена за счет смешанных браков уже в значительной степени утратили черты своей самобытности. Этнической пестроты, которая наблюдалась в этом районе, скажем, во времена Фосетта, теперь уже нет и в помине.

       Следует признать, что эксперимент, некогда затеянный братьями Виллас Боас, в целом удался, и индейцы довольно успешно приспособились к современной цивилизации. Официальный запрет на посещение верховьев Шингу действует до сих пор, однако теперь право на посещение территории парка можно просто купить, заключив соответствующий контракт с представителями одного из племен, которые обычно живут на так называемых постах, окружающих парк со всех сторон. Хотя, даже при соблюдении всех условий, безопасность путешественнику никто не гарантирует. Теперь индейцы очень хорошо знают свои права, и прекрасно осведомлены о том, что в случае любого конфликта власти обычно принимают их сторону.

****

       Так, например, в 1996 году бразильского предпринимателя Джеймса Линча, его несовершеннолетнего сына, также Джеймса Линча, и их спутников, которые пытались разгадать «тайну Фосетта», захватили индейцы племени калапало. Все действо было обставлено таким образом, что путешественники уже не сомневались, что им вот-вот грозит самая суровая расправа. Но в последний момент индейцы «смилостивились», и согласились их отпустить в обмен на все принадлежавшее им снаряжение.

Индейские племена верховьев Шингу.
Индейские племена верховьев Шингу

       Изучением верховьев Шингу долгое время занимались в основном немецкие исследователи. После нескольких экспедиций фон Штейна в 1896 и 1899 годах последовали экспедиции Германа Мейера, затем в 1901 году экспедиция Макса Шмидта, в 1908 году – экспедиция Фрица Краузе и так далее. Не исключено, что в какой-то степени интерес немцев к этому району могло стимулировать сообщение их соотечественника Рохуса Хандертпфунда о скрывающихся где-то в джунглях развалинах древних городов.

       Так что, как видим, нельзя утверждать, что до Фосетта верховья Шингу представляли для европейцев сплошное «белое пятно». Но дело в том, что до него все экспедиции проходили только по рекам, а далеко углубляться во внутренние районы никто не рисковал, опасаясь подстерегавших там бесчисленных опасностей. Вот именно эти практически не изученные территории и манили к себе Фосетта, который стремился отыскать там город своей мечты…

****

       Наконец, все сборы были завершены. Из Рио – де – Жанейро Фосетт отправился во второй по величине город Бразилии – Сан-Пауло, а оттуда по железной дороге добрался до реки Парагвай и вскоре прибыл в уже хорошо знакомый ему по предыдущим путешествиям пограничный бразильский город Корумба. Затем по реке он доплыл до города Куяба, столицы штата Мато-Гроссо. Подобное название город получил от наименования индейского племени куяйабас, жившего до прихода европейцев к востоку от уже упоминавшихся нами индейцев мохос. К настоящему времени от племени, кроме названия, больше ничего не осталось.

       Первые бандейранты стали проникать в эти места по притокам реки Парагвай еще в конце XVII века, но сам город был основан только в 1725 году, вскоре после того, как в его окрестностях нашли золотые россыпи. Однако к 1920 году «золотая лихорадка» уже давно осталась в прошлом, отшумел и вспыхнувший в начале ХХ века «каучуковый бум», поэтому город влачил жалкое существование. К этому времени деревья-каучуконосы стали разводить в Юго-Восточной Азии, поэтому спрос на каучук из стран Южной Америки сильно упал.

****

       Поскольку окрестные земли в силу закисленности почвы не годились и для выращивания в широких масштабах культурных растений, то его население, насчитывавшее ко времени описываемых событий около тридцати тысяч человек, большую часть из которого составляли мулаты, вынуждено было перебиваться случайными заработками. Ситуация начала улучшаться только после начала Второй мировой войны, когда вся бразильская промышленность начала активно работать на нужды союзников по антигитлеровской коалиции. В настоящее время город переживает настоящий ренессанс, став центром разбросанных вокруг него обширных скотоводческих ранчо. Его население давно перевалило за полмиллиона человек.

       Фосетт не собирался надолго задерживаться в Куябе. Первым делом он закупил необходимые продукты питания, отдавая, естественно, предпочтение таким, которые могли выдержать длительное хранение в условиях жаркого и влажного климата – мука из маниоки, длинная черная фасоль, рис, сушеные ломтики сладкого картофеля, вяленое мясо и гойябада, представлявшая собой очень сладкий джем из плодов местного растения.

****

Исходя из своей концепции, что путешествовать по джунглям целесообразнее всего небольшими мобильными партиями, Фосетт приобрел лишь минимальный запас провизии, рассчитывая пополнять ее запасы в пути по мере необходимости. Он также приобрел несколько вьючных волов, рассчитывая, что в пути они сами себя будут обеспечивать пропитанием, и нанял несколько местных носильщиков. Кроме того, полковник включил в состав экспедиции еще несколько человек, правда, не объясняя в рукописи своей книги, с какой именно целью. Первого из них он именует Батчем Рэйли, а второго – бразильцем Филиппе.

       Однако вернемся к перипетиям первого путешествия Фосетта по Бразилии. Итак, едва закончив все приготовления. Фосетт во главе небольшого отряда в сентябре 1920 годы выступил из Куябы. Никаких подробностей маршрута экспедиции 1920 года по верховьям Шингу Фосетт в рукописи своей книги не приводит. Сообщается только, что со своим отрядом он все время двигался на север. . Как мы позднее увидим, это было сделано отнюдь не случайно. Такую же уловку Фосетт применил и во время своей последней экспедиции в 1925 году.

****

       Некоторые детали маршрута экспедиции 1920 года стали известны только в 1933 году. Когда жена полковника миссис Нина Фосетт передала в архив Королевского географического общества часть документации ее мужа. Судя по имеющимся на топографических картах обозначениям. Отряд Фосетта сначала переправился через реки Куяба и Рио-Мансо. А через некоторое время добрался до фазенды на реке Рио-Ново, принадлежавшей полковнику Эрменежилдо Гальвану. Этот пункт расположен примерно в ста пятидесяти километрах к северу от столицы штата Мато-Гроссо.

       Этот пост был организован правительством Бразилии для защиты обжитых, освоенных территорий от набегов диких лесных индейцев. Населяли его индейцы племени бакаири, от которых пост и получил свое наименование. Все поголовно они считались солдатами бразильской армии и получали за свою службу соответствующее денежное вознаграждение. Их вождь даже носил звание капитана, хотя вряд ли он в реальности понимал, что это такое. В известном смысле индейцев бакаири можно считать бразильским аналогом русского казачества.

****

       От поста «Бакаири» Фосетт со своими спутниками двинулся в восточном направлении, в сторону рек Кулизеу и Кулуэне. Судя по всему, он хотел добраться до гор Сьерра – ду – Ронкадор, где, как он предполагал, должны были размещаться города атлантов и потерянные рудники Мартириус, а также обитать таинственные морсего и белые индейцы, но почему-то уже в пути изменил свои планы.

       Трудно сказать, что именно заставило Фосетта отказаться от мысли посетить эти горы. Скорее всего, не трудности пути, к которым он привык и которые, скорее, привлекали его, чем отпугивали. Возможно, что он получил некую информацию, из которой следовало, что попытки добраться до горной цепи Сьерра – ду – Ронкадор лишены всякого смысла, поскольку ничего интересного там обнаружить все равно не удастся. Однако трудно даже представить, от кого именно он мог получить такую информацию. Пожалуй, именно в этом и заключается главная загадка экспедиции 1920 года, не нашедшая своего удовлетворительного объяснения до сих пор.

****

       Известно, что большую часть информации о предмете своих изысканий Фосетт получал во время спиритических сеансов. На безоговорочной вере в действенность подобных методов и была основана его убежденность в своей правоте. Можно, конечно, предположить, что и в данном случае Фосетт прибег к помощи оккультных сил, и именно души умерших отсоветовали ему двигаться в сторону гор Сьерра – ду – Ронкадор. Однако спиритический сеанс в глубине джунглей выглядит как-то уж слишком нелепо. Хотя, кто знает?

       Однако представляется, что в данном случае все обстояло гораздо проще. Скорее всего, полковник лично убедился в том, что добраться от верховьев Шингу до указанных гор просто невозможно по той причине, что между ними лежат громадные пространства совершенно непроходимых болот, растянувшихся на десятки километров. Решив не рисковать и не тратить зря силы и время, он изменил свои планы.

****

       На этот раз полковник решил дальше не идти. Из лагеря Мертвой Лошади члены экспедиции повернули назад и через некоторое время,

но через какое именно – Фосетт не сообщает, вернулись обратно в Куябу.

       Никаких конкретных результатов экспедиция 1920 года не дала. По сути дела, Фосетту в конечном итоге пришлось довольствоваться только несколькими легендами, услышанными им еще в Куябе от местных жителей.

       В одной из них рассказывалось об уже хорошо знакомых нам морсего, а в другой сообщалось о городе, где жили индейцы, у которых были храмы и обряды крещения, а в их домах, якобы, горел никогда не гаснущий свет. Фосетт отнесся к полученным сведениям со всей серьезностью, полагая, что речь может идти о каком-то новом источнике энергии, не известном современной науке.

       Во всяком случае, после завершения экспедиции 1920 – 1921 годов, он пересказал эту легенду в письме к своему другу, главе мистического «Ордена розенкрейцеров» Льюису Спенсу (1874-1955). Его реакция на эту информацию нам не известна, но, во всяком случае, ни в одной из своих работ он о ней не упоминает.

       Конечно, легенда о негаснущем свете заслуживала бы самого пристального внимания. Если бы не вспомнить сообщение Барко Сентенеро о расположенном где-то недалеко от Куябы городе Гран-Мохо. В котором имелась башня с негасимым огнем. Вполне допустимо предположение. Что это сообщение было известно кому-то из образованных горожан. Интересовавшихся историей той местности, в которой он проживал.

****

       Но, скорее всего, оно было известно самому Фосетту. И он попал в ту же самую ловушку. В которую в свое время неоднократно попадал и Бенигно ди Карвалью. Как мы помним, он расспрашивал у местных жителей о затерянном городе. Орасположенных рядом с ним пороге, шахтах и тому подобном. Сообщая им те сведения, которые ему самому были известны из рукописи 1754 года.

И подтверждение которым он так желал получить. А те желая угодить несколько странной, но может быть, и важной персоне из столицы. То ли по простоте душевной, со всем соглашались. Отвечая утвердительно на все его вопросы. При этом, по всей видимости. Некоторые из них. В меру своей фантазии еще и добавляли от себя какие-нибудь красочные подробности. Таким образом, у спрашивавшего могло сложиться полное впечатление достоверности всего услышанного. Как будто это не он поведал собеседнику всю информацию, а тот сам ему ее поведал.

****

       Надо сказать, что в подобную ситуацию попадал не один Фосетт. Но и многие другие европейские исследователи Южной Америки как до, так и после него. Очень точно с психологической точки зрения это явление описал знаменитый немецкий путешественник Александр Гумбольдт в уже упоминавшейся нами книге  «Путешествия в равноденственные области Нового Света»: «Не приходится удивляться, что эти ненаселенные места во все времена представляли собой классический пример легендарного, волшебного края. Именно там, по серьезным утверждениям миссионеров, обитали индейцы, у которых был один глаз на лбу, собачья голова и рот ниже живота; именно там они видели все, что сообщали древние о гарамантах, аримаспах и гиперборейцах.

       Конечно, небылицы о неведомых краях сочиняли не одни только миссионеры. Очевидно, более правильно было бы сказать, что это общее свойство человеческой натуры.

****

       После неудачи в районе реки Шингу Фосетт решил отправиться в провинции Баия и Эспириту-Санту. Для того, чтобы попытаться там отыскать следы города, упомянутого в рукописи 1754 года. Более того, как уже говорилось, он даже точно отметил на карте местоположение этого города. Может быть, у Фосетта с самого начала были какие-то сомнения относительно достоверности полученной информации. Возможно, что Фосетту было просто неинтересно идти вроде бы уже проторенным путем.

    Свою роль, надо полагать, сыграло и отсутствие у него опыта в проведении археологических разведок.

       К чести Фосетта надо сказать, что он не отчаялся после первой неудачи и решил сосредоточить свои поиски в лесах, простиравшихся в районе рек Гонгужи и Рио – ди – Оуру.

       Начало показалось ему весьма многообещающим. Местные жители охотно делились с полковником историями. То о некоем старике. Который случайно наткнулся на древний город в районе городка Витория-да-Конкиста. То о метисе, который собственными глазами видел другой город в районе города Боа-Виста. Наслушался Фосетт и легенд о Сидаде-Энкантаде – заколдованном городе. Который все ближе и ближе подпускает путешественников. А затем исчезает как мираж. И об Альдея – де – Фото — огненном городе. Который так называется потому, что все дома в нем покрыты золотом. И на солнце они ярко блестели.

****

       Однако, несмотря на все усилия, ничего конкретного ему опять обнаружить не удалось. Ни один из рассказов так и не нашел своего подтверждения. Более того, выяснилось. Что территория провинции Баия ко времени посещения ее Фосеттом уже была достаточно хорошо освоена. И мест, где могли бы лежать скрытые от людского взора развалины древних городов. Там уже просто не осталось. Все те «города», про которые ему поведали местные жители. Точно так же, как и «город» О’Салливана Бэра.

На самом деле оказались не чем иным, как формациями песчаника причудливых форм. Именно им охочая до фантазии людская молва приписывала рукотворное происхождение. Вероятно, слухи об одной из таких формаций песчаника дошли и до автора рукописи 1754 года. Или же он сам имел возможность ее осмотреть. И именно впечатления от увиденного легли в основу созданного им повествования о затерянном городе.

****

       Не смотря на неудачу Фосетта и всех его предшественников. Легенда о затерянном городе в штате Баия продолжает жить. В 1984 году мировые средства массовой информации облетело сообщение. Экспедиция бразильского ученого Аурелиу Абреу обнаружила в труднодоступном горном районе этого штата развалины древнего города.

       Все подобные сообщения рассчитаны на не слишком искушенных читателей, не особо разбирающихся в бразильских реалиях. Эти места давно освоены, исхожены вдоль и поперек, никаких потайных уголков там просто не осталось. Поэтому нет никаких сомнений. Что если бы развалины древнего города там на самом деле существовали. То их давно бы уже нашли. Скорее всего, за развалины древнего города публике преподнесли все те же формации песчаника причудливой формы. Впрочем, приходится только сожалеть, что еще одна подобная история оказалась очередной «уткой»…

Источник: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%BE%D1%81%D0%B5%D1%82%D1%82,_%D0%9F%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%B8

Книга “ТАЙНА ПОЛКОВНИКА ФОСЕТТА”, автор :И.А. ЕМЕЦ

продолжение http://inftaran.info/последняя-экспедиция-фосетта/

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.